По поводу Аксёнова
В счастливом детстве прочёл его развесёлую повесть “Мой дедушка — памятник”, такая советская бондиана для пионэров. Понял, как ни странно, практически всё. Лишь в одной фразе, одно единственное слово  многие годы воспринималось и даже изредка употреблялось мной неверно:
Начинала она, как и все мы, в Трандонге, в Коулун-сити, где за каждой бамбуковой шторкой можно получить порцию гашиша или свинца.
И вот эти самые долгие годы я был уверен, что непонятное слово гашиш это что-то типа свинца (по моему, неплохая логика для ребёнка) и им, стало быть, пуляют. Но потом жизнь развеяла это заблуждение.